Старообрядцы в своем противостоянии с духовенством и стремлении чтить традиции древнего православия нередко доходили до крайностей. Они не подчинялись властям, обвиняли Церковь в ереси и убивали себя в надежде на спасение.
Поповцы и беспоповцы
Раскол в Русской православной церкви в 1650-60-х гг., связанный с реформами патриарха Никона, поставил приверженцев старого обряда в трудное положение - в их рядах не оказалось ни одного епископа. Последним был Павел Коломенский, умерший в 1656 году и не оставивший после себя преемников.
По канонам Православная церковь без епископа существовать не может, ведь только он уполномочен назначать священников и диаконов. Когда из жизни ушли последние священники и диаконы дореформенного поставления, пути старообрядцев разошлись. Одна часть староверов решила, что можно прибегать к помощи священников, отрекшихся от никоновской веры. Они стали охотно принимать покинувших своего епархиального епископа священников. Так появились «поповцы».
Другая часть староверов была убеждена, что после Раскола благодать полностью покинула Православную церковь и всё, что им осталось, так это смиренно ожидать Страшного суда. Отвергнувших священство старообрядцев стали называть «беспоповцами». Он селились преимущественно на необжитых берегах Белого моря, в Карелии, Нижегородских землях. Именно в среде беспоповцев впоследствии и появляются самые радикальные старообрядческие согласия и толки.
В ожидании Апокалипсиса
Ключевым элементом в идеологии старообрядчества стали эсхатологические мотивы. Многие толки староверов, ограждая себя от «антихристовой власти», из поколения в поколение существовали в ожидании скорого конца света. Наиболее радикальные течения и вовсе пытались его приблизить. Готовясь к последним дням, они копали пещеры, ложились в гробы, умирали голодной смертью, кидались в омут, сжигали себя целыми семьями и общинами.
За всю свою историю старообрядчество истребило десятки тысяч своих приверженцев. Знаток старообрядчества и сектантства Александр Пругавин попытался определить число раскольников погибших в огне. По его подсчетам только до 1772 года сгорели заживо около 10 000 человек.
Нетовцы (Спасово согласие)
Это одно из самых больших беспоповских согласий. Общая численность нетовцев на конец XX века достигала 100 тыс. человек, преимущественно проживающих в Саратовской, Нижегородской, Владимирской областях, а также в Среднем Поволжье.
Нетовцы (слово говорит само за себя) отрицают православные святыни, обряды и многие таинства, уповают исключительно на Спасителя, который «сам ведает как нас бедных спасти». На протяжении своего существования они старались избегать любых контактов с Православной церковью, особенно если это касалось обряда погребения. Покойников хоронили в лесу, овраге или за оградой кладбища.
Таинство крещения нетовцы все же не отвергли. Они признают возможным совершать обряд крещения в Православной церкви, толкуя это весьма своеобразно: «хотя и еретик крестил, да поп в ризах, а не простой мужик». Впрочем, более строгие течения обходятся самокрещением, а некоторые заменяют этот обряд простым надеванием креста на новорожденного.
Спасово согласие требует от своих последователей достаточно сурового аскетизма в быту. К примеру, под запретом употребление продуктов на дрожжах, с хмелем, не едят они и картофель. Существует табу на яркую и пеструю одежду. Поговорки гласят: «На ком рубаха пестра, значит, душа его антихристова сестра» или «Что не пестринка, то слуга бесинка».
Среди нетовцев были широко распространены самоубийства в виде самосожжений.
Дырники
Это одно из наиболее радикальных ответвлений в спасовом согласии, не признающее никаких духовных наставников. Они не почитают «новописные» иконы потому, что без священства их некому освятить, а «старописные» - потому, что они были осквернены от обладания еретиками. Дырники не имеют специальных богослужебных помещений. Молитва происходит либо под открытым небом, либо в помещении через специальное отверстие строго на восток. Молиться через окно или стену для них грех. Небольшая группа дырников сейчас проживает в Центральной Сибири.
Поморское согласие
История поморского согласия берет свое начало в 1694 году, когда была основана мужская община на реке Выг. В 1723 году Выговская обитель прославилась составлением «Поморских ответов». Эта полемическая книга впоследствии стала апологетической основой для защиты всего старообрядчества.
Поморцы требуют от своих последователей полного разрыва с официальной церковью, а всех приходящих к ним из православия обязательно перекрещивают. От таинств не отказываются, но делят их на необходимые для спасения (крещение, покаяние и причащение) и остальные, без которых можно обойтись.
Серьезные разногласия в среде поморцев возникали по поводу брака. Со временем практичность восторжествовала. Благодаря введению брачного чина поморцы узаконили супружеские отношения, что привело к возможности законной передачи имущества по наследству.
В советские времена поморцы были самым многочисленным среди беспоповских согласий. Сегодня большие группы их последователей проживают в Вильнюсе, Риге и Москве.
Федосеевцы
В конце XVIII века в результате споров о надписи на кресте и о браке от поморского согласия отделились федосеевцы. В 1781 году Илья Ковылин (бывший крепостной князя Голицына) основал в Москве общину в районе Преображенского кладбища. Федосеевская община отличалась строгой дисциплиной и безоговорочным подчинением наставнику. Ее члены были обязаны соблюдать безбрачие и целомудрие.
Как и многие другие беспоповцы федосеевцы считают, что в мире больше нет благодати. «Всякую современную государственную власть мы расцениваем как сатанинскую, как ловушку антихриста», - говорят они. Из церковных таинств сохранены лишь крещение и евхаристия, которые совершаются мирянами. В силу непризнания православного священства федосеевцы практикуют сожитие без венчания.
Во время Великой Отечественной войны большое число федосеевцев сотрудничали с немецкими властями и активно противостояли Красной армии и партизанам.
Наиболее многочисленные группы федосеевцев проживают в Псковской, Новгородской, Ульяновской и Тюменской областях. Их общая численность около 200 тысяч человек.
Пастухово согласие
Зародилось в недрах поморского согласия, его основателем стал пастух Василий Степанов. В отличие от поморцев пастуховцы избегали всяческого общения с гражданскими властями. Отвергали деньги, паспорта и другие предметы с изображением государственного герба. Но во избежание разврата вынуждены были признать брак.
Крайняя степень неприятия внешнего мира накладывала на пастуховцев запрет на проживание в населенных пунктах, где находился хотя бы один государственный служащий, сторонник Православной церкви или представитель другого старообрядческого толка. Их нога никогда не ступала на каменные мостовые, как изобретения «века Антихриста».
Бегуны
В 1772 году в селе Сопелки близ Ярославля возник бегунский толк как течение, противостоящее «антихристовой власти». Основа учения бегунов - спасение от Антихриста, которого в отличие от большинства беспоповцев они воспринимали не как духовное явление, а как персонифицированную личность в облике Петра I.
Бегуны живут в ожидании «первого воскресения», когда Христос сразится с Антихристом. И «тогда наступит тысячелетнее царство Христа, Новый Иерусалим для жилища странников будет спущен с неба в то место, где моря несть к тому». Свою новую обитель бегуны видят около Каспийского моря, куда регулярно совершают паломничество.
Все бегуны «самокрещенцы», обязуются вести целомудренную жизнь, питаться только постной пищей. Они полностью отвергают брак, но при этом допускают блуд, считая его меньшим грехом.
Народная молва рассказывает о странном обычае бегунов, именуемом «красной смертью». Суть его в удушении умирающего красной подушкой с тем, чтобы он мученической смертью искупил не только свои грехи, но и грехи братьев по вере.
На протяжении столетий бегуны, преследуемые властью как «вредная секта» оставались малочисленной, разбросанной по глухим местам Сибири и Северного Урала группой.
Водяники
Водяники или старопоповцы принадлежат тем толкам, где полностью не отвергается священство. Они обличают староверов, принимающих священников за деньги, но признают переход духовного лица из православия в старообрядчество в случае, если священник отречется от «еретической веры».
Если член старопоповской общины заболел ему запрещено принимать лекарства. Суть лечения сводится исключительно к причащению богоявленской водой.
Воздыханцы
В 1870 году в Калуге башмачник Иван Ахлебинин основал общину, получившую позднее название воздыханцев. Члены данного толка отвергают любое внешнее поклонение богу, иконы, таинства и церковную иерархию, однако признают «толковые книги» - Евангелие, Деяния апостолов и Псалтырь.
Согласно верованиям воздыханцев сначала было царство Бога-отца, затем наступило царство Бога-сына, а спустя 8 тыс. лет от сотворения мира пришло царство Духа Святого. Эта доктрина нашла отражение в обрядах воздыханцев. На молитвенных собраниях они вместо крестного знамения воздыхают, поднимая глаза к небу и проводя по своему лицу рукой или платком.
Другие
Многие другие радикальные согласия и толки беспоповских староверов, существенно не отличаясь друг от друга, имеют лишь им присущие особенности. Так, последователи согласия разиней собравшись на молитву в день евхаристии, стоят раскрыв рот в ожидании, что их будут причащать ангелы.
Потемщики относятся к тем, кто признает обряд крещения, но совершают его только по ночам, как бы подражая Христу.
В Акулиновом согласии принято общежитие и безбрачие. Это служило неоднократным поводом для обвинения акулиновцев в разврате и свальном грехе.
Капитоновцы кшарского устава - сторонники радикальных подходов в самоубийстве за веру, участники массовых актов самосожжения.
Рябиновцы считают, что крест Христа состоял из кипариса, кедра и певга. Последнее дерево они связывают именно с рябиной, из которой и следует изготавливать крест.
Разделение старообрядчества на два основных направления - поповщину и беспоповщину - произошло в середине 90-х годов XVII века, когда среди последователей «старой веры» необычайно остро возник вопрос о том, каким образом выйти из тупика, создавшегося в связи с тем, что священников «дониконовского», старого становления к этому времени почти не осталось в живых.
Старообрядчество разделилось на два основных толка: поповский (признающий необходимость священников при богослужении и обрядах) и беспоповский (отрицающий возможность существования "истинного" духовенства).
Беспоповщина сохранила в своей богослужебной практике лишь часть церковных обрядов, притом в сильно упрощенном виде, а некоторые беспоповские течения вообще отказались от каких бы то ни было обрядов. Поэтому исходные позиции «старой веры» для беспоповщины представляли собой по сути дела лишь основные аргументы для обвинения официальной церкви в отступлении от «истинной» веры. По своему существу она родственна старому русскому сектантству, и применение по отношению к ней терминов «староверие» или «старообрядчество» чрезвычайно условно. По учению беспоповцев церковь не является, безусловно, необходимой для спасения души. Основной довод беспоповцев в пользу этого утверждения заключался в том, что все истинное священство было истреблено антихристом и что попы нового становления «не священи суть», ибо после Никона церковь отступила от истинной веры. Кроме того, было выдвинуто положение, что священство имеет не только таинственное значение, но и духовное, по которому «каждый христианин есть священник». Для подтверждения этого положения беспоповцы обычно ссылались на слова Иоанна Златоуста: «Сами себя освящайте, сами себе священники бывайте».
Беспоповцы не отрицали монархию в принципе, их враждебное отношение к царской власти объяснялось главным образом тем, что она преследовала старообрядчество и покровительствовала господствующей церкви. В силу этого большинство беспоповцев долгое время исключало богомоление за царя.
Все церковные таинства беспоповцы делят на: «нужно потребные» и «просто потребные». К числу первых они относят только крещение, покаяние (исповедь) и причащение; остальные же таинства, по их мнению, «для спасения души» не обязательны. Крещение и исповедь разрешается при необходимости совершать мирянину. Причащение беспоповцы толкуют в духовном смысле (как желание причаститься святых таинств). Что касается брака, то если для первоначальной беспоповщины было характерно его решительное отрицание и проповедь аскетизма, то позднее, во второй половине XVIII века, «брачники», или «новожены», имелись уже почти во всех основных толках беспоповщины. Управление общиной и богослужебная практика осуществлялись у беспоповцев выборными наставниками и начетчиками.
На формирование беспоповщины известное влияние оказали местные условия и религиозные традиции Севера и Северо-запада России.
В труднодоступном и малонаселенном Поморье церквей было мало, причем некоторые из них подолгу оставались без священников. Поэтому многие жители этого края умирали без исповеди и причастия, младенцы крестились мирянами, брачные пары сожительствовали без венчания. Изредка поморцы, собираясь на общественное богослужение без попа, довольствовались службой начетчика. Все это облегчило распространение в Поморье старообрядчества именно в форме беспоповщины.
Для первоначальной истории беспоповщины характерно то, что основных своих последователей она нашла среди черносошного крестьянства Севера и Северо-востока. Все основные толки беспоповщины сформировались в краях, расположенных севернее Москвы, и лишь позднее, со второй половины XVIII века, беспоповщина стала постепенно продвигаться к югу.
Беспоповщина никогда не представляла собой единого религиозного образования, распадаясь на следующие основные толки: поморский, федосеевский, филипповский, нетовский и страннический. Все они, за исключением страннического, сложились в конце XVII или в начале XVIII века. Отношение беспоповцев к православию и к поповщине, как правило, характеризовалось религиозной нетерпимостью, фанатизмом. Всех переходящих к ним православных, поповцев и даже беспоповцев-неперекрещенцев беспоповцы-перекрещенцы принимали только через повторное крещение, т. е. так же, как еретиков и иноверцев, «первым чином». Известную религиозную отчужденность (вплоть до запрета иметь между собой общение в еде, питье и молитве) проявляли по отношению друг к другу даже близкие по вероучению беспоповские толки и согласия.
В целом для беспоповщины конец XVII и первая половина XVIII века были временем усиленных религиозных поисков и формирования вероучения почти всех основных толков, острых религиозных споров, за которыми нередко чувствовались разногласия политического или социального характера, имевшие место среди различных социальных групп беспоповцев. Сторонники беспоповщины в этот период численно уступали сторонникам поповщины, а районы их распространения ограничивались Поморьем, Прибалтикой и отчасти Нижегородским краем.
Иную картину представляла собой в этот период поповщина. Первоначально поповщина оформилась в виде беглопоповщины, потому что последователи ее решили принимать попов, перебегавших к ним от официальной церкви. Поповщина представляла собой буквообрядоверие, старообрядчество в подлинном смысле этого слова. Не только в конце XVII - первой половине XVIII века, но и в течение всей дальнейшей своей истории она не смогла выработать самостоятельного и оригинального вероучения, заключавшегося в том, что можно брать для совершения богослужения беглых попов из господствующей православной церкви, несмотря на воцарение в ней, как и во всем «мире», антихриста. В Нижегородском крае поповщина появилась с самого начала раскола. Старообрядцы селились здесь преимущественно по рекам Керженец и Бельбаш, в дремучих лесах, где были разбросаны их скиты и починки. В конце XVII века эта территория приобретает значение важного старообрядческого центра.
«Стряхните, неверующие, умственный сон, откройте очи ума и посмотрите: мировое солнце уже на закате, скоро наступит ночь, ударит внезапно роковой час, Христос явится как молния - ибо все готово. А вы вместо Христа, Которого следует со страхом ожидать день и ночь и каждый час, все еще ждете зверя - антихриста с десятью рогами».
Л.Ф. Пичугин (1859-1912), выдающийся деятель поморской Церкви,
начетчик, автор апологетических сочинений
Разные согласия старообрядцев-безпоповцев объединяет убеждение в том, что после раскола XVII века пресеклось апостольское преемство православного духовенства, прервалась благодать священства, прекратилась церковная иерархия и воцарился духовный антихрист. Под духовным антихристом безпоповцы стали понимать всю совокупность разнообразных ересей, проникших в церковь, т.е. антихрист - не конкретный человек, а духовная ересь, царствующая в мире, которая истребила и истинное священство. Владычество антихриста безпоповцы представляют как владычество еретиков с их гонениями на истинных христиан. А так как антихрист уже царствует, значит, христиане должны пребывать во всеобщем безсвященнословном состоянии. Именно поэтому безпоповцы не признали хиротонию господствующей церкви и заявили о невозможности принимать оттуда священников.
Епископ Павел Коломенский в 1654 г. выступил против еретических изменений, которые вносил в Церковь патриарх Никон, и был сослан в Палеостровский монастырь Олонецкого уезда, где в заточении он учил и утверждал людей в святоотеческих преданиях и благочестии. Именно епископ Павел Коломенский установил, что всех пришедших от никонианской церкви надо крестить истинным Крещением. Он заповедовал не принимать новорукоположенных попов, а крестить их, а также ни под каким видом не принимать от новых, еретических «лжепопов» их «таинства».
Христиане просили епископа Павла поставить священников и епископа:
О преподобный, священныи наш страстотерпец, святой и великоподвижныи отче, если твоя святыня от нас сирых в будущие веки переселится, и угаснет на земли святая и безкровная жертва. А если священство до конца погибнет, то кто нам возжет священства светильник, святой Божией Службы? Только ты отче, имеешь воздательную благодать в иереях и все святые церковные Таины тобой освящаются. Если ты священнеиший отче этого светильника не возжошь, то истинно угаснет в нас видимое священство и тогда всем верным великая будет нужда ныняшнего времени и грядущего по нас братий наших.
На что епископ Павел им ответил:
Среди вас есть простые благочестивые мужи и иноки, боящиеся Бога и соблюдающие заповеди Христовы, которые могут крестить и исповедовать, а истинное священство с Никоновыми новинами прекратилось.
Пока были живы священники старого, древлеправославного поставления, они приобщали Божественных Таин «остальцев древляго благочестия». После того как невозможно было обрести православного иерея, то по нужде отцы повелели и простолюдину крестить и исповедовать по преданию Святой Церкви, и словесное стадо было предано непосвященным пастырям, которые могут совершать только две церковные тайны - крещение и покаяние.
Со времен Соловецкого восстания 1667–1676 гг. не подчинившиеся богослужебной реформе соловецкие иноки и бельцы предприняли попытки порвать со священниками, которые, в частности, выступали против решения восставших не молиться за царя и патриарха. Часть соловецких иноков и бельцов перестала ходить в церковь и на исповедь к духовным отцам, не приняла еретического причастия, и исповедовалась «промеж собою у простолюдинов».
Церковную иерархию как таковую безпоповцы никогда не отрицали, и поэтому в первой половине XVIII в. все еще искали истинное священство древнего поставления. Так, в начале 1730 г. была предпринята совместная с поповцами поездка в Палестину, чтобы найти «православное священство». Безпоповцы, в отличие от беглопоповцев, принимали переходивших к ним священнослужителей господствующей церкви без сохранения сана, то есть как простых мирян. В 1765 г. в Москве рассматривалась идея соединения безпоповцев и поповцев под властью старообрядческого архиерея. Выдвигались предположения поставления такого архиерея рукой мощей митрополита Ионы или другого святителя, однако все эти попытки не увенчались успехом - объединения так и не произошло. Вымирание священников «дониконовского» поставления и отсутствие в старообрядчестве епископов привело к тому, что часть староверов к концу XVII в. уверилась в том, что более невозможно иметь священство.
Все таинства безпоповцы по степени их важности для спасения делят на «нужнопотребные» (крещение, покаяние, причащение) и «потребные» (брак, елеосвящение, священство, миропомазание), которые по нужде могут и не совершаться.
Безсвященнословное состояние безпоповцев (вследствие духовной ереси, царствующей в мире и истребившей истинное священство), владычество антихриста и «мерзость запустения на месте святе» обосновали учение о духовном причащении.
В XVIII в. у выговцев и федосеевцев существовала практика причащения древними запасными Дарами, в Выговской пустыни существовал также обряд «причащения» Богородичным хлебом.
Старообрядческие безпоповские мыслители в XVIII веке в своих трудах объясняли, что в сложившейся исторической ситуации невозможно из-за отсутствия древлеправославной церковной иерархии сохранить «неизменную полноту всех внешних форм бытия Церкви», и поэтому частичные отступления неизбежны, о чем свидетельствуют и примеры из Ветхого и Нового Завета, из писаний святых отцов и истории Церкви :
без нужды дерзающие не в поведенном, яко преступницы закона осуждаются. По нужде же дерзающий не точию осуждаюся, но и хвалам и честем достойни бывают и от всех учителей оправдываются. Обаче же леть есть и в сем разсуждати, яко в таковых есть подобно дерзати, в которых самая крайняя нужда повелевает, да не когда сия к нужде прилежащая предлагающе, и не нужных времен, и к нужде не подлежащыя тайны нужде к действию производити начнем.
Безпоповцы в течение всего XVIII века обосновывали невозможность последовать примеру поповцев и принимать священство, переходящее из синодальной церкви, объясняя это тем, что таким образом воспроизводят внешние формы богопочитания, но не утраченную благодать. И если в «Диаконовых ответах» прямо говорится о готовности представителей поповского направления воссоединиться с синодальной церковью, если та вернется к дореформенным обрядам, то у безпоповцев на этот счет другое мнение.
В Священном Писании и истории Церкви безпоповцы находят ответ на вопрос, как восполнить вынужденный отказ от некоторых церковных таинств. Так, в древней Церкви во времена гонений на христиан и при противоборстве между Православием и арианством, иконоборчеством и другими ересями, христиане неоднократно оказывались лишенными иерархии, духовенства. Описания подобных религиозно-исторических событий хорошо известны из жития святых и другой литературы.
Конфликт XVI-XVII века между православными и униатами на Руси показал, что при практически полном отступлении духовенства и жестоких преследованиях Православия миряне нашли способ существования Церкви, которая лишилась священства.
Архимандрит Киево-Печерской лавры Захария Копыстенский доказывал в своих сочинениях, что в отсутствие священнослужителя мирянин может совершать таинства крещения и исповеди, а таинство причащения заменяет духовное причащение, как самое искреннее и «теплое от сердца пожелание» принять Тело Христово.
Сочинения Захарии Копыстенского, а также других православных писателей - полемистов и церковных проповедников - Стефана Зизания (1550-1634) и Иоанна Вишенского (между 1545-1550 - после 1620), были переизданы в Москве уже в середине XVII века.
Самые известные старообрядческие издания «Меч духовный», «Щит веры» и другая безпоповская литература повторяют ставшее общепринятым в безпоповстве учение о духовном причастии. Подробно это учение излагается также и в главной апологетической книге старообрядцев - «Поморских ответа х» (ответ 104). Здесь, со ссылками на Книгу «О седми сакраментах» (Чернигов, 1716 г.), а также «Диалогисм» (Киево-Печерская лавра, 1714 г.) описываются три вида причащения . Первое причащение - это «обычное», когда чистым сердцем и совестью и устами приемлют таинство; второе - духовное, когда «благословенных ради вин не имеющим где причаститься, еже устами вкусити животворящих и пречистых Тайн, обаче веру теплую и усердное желание о сем показуют, добродетельми свое житие украшающе: таковии чрез веру и усердие духовне причащаются Плоти и Крове Христовы», и третье , когда «едиными токмо устами» причащаются те, кто приемлет причастие недостойно, не очистившись от грехов и для которых оно подействует не во спасение, а во осуждение.
На несправедливые обвинения в протестантизме безпоповцы отвечали так:
Не архиереов, но новин опасаемся, и не церквей рукотворных, но нововнесенных в ня новых преданий и уставов бегаем
Безпоповцы особенно отмечают то, что состояние духа человека способно определять результат воздействия таинства и даже восполнять вынужденную неполноту внешних форм, так как именно «внутренняя духовная сущность предопределяет и внешние формы и характер их изменения », другими словами, духовное содержание имеет приоритет над каноническими внешними формами.
Безпоповство никогда не отвергало как идею ни одного церковного таинства или обряда, не подвергало сомнению статус священства, как носителя Божьей благодати. Всё мировоззрение безпоповства проникнуто осознанием утраты, которая восполняется духовной силой веры.
В «Щите веры» говорится о том, что «мы же, аще и не получаем за обстояние еретик онаго, но верою нашею то навершаем », и это подтверждает вынужденный характер их действий, а не стремление к реформации Церкви в соответствии с собственными убеждениями.
В Церкви без священства и иерархии безпоповцы стремились во всем следовать каноническим правилам и историческим событиям, возлагая всё своё упование на то, что Бог восполнит не совершённое по вынужденным обстоятельствам. При этом важно отметить, что мирянин крестил и исповедовал вместо священника, чему есть основания и примеры в церковном предании, однако он никогда не совершал неправомочных духовных действий, таких как, например, миропомазания или Литургии, которые никогда мирянами совершаться не могли. К сожалению, утраты в полноте внешних форм произошли от утраты священства, благодатная сила которого нерукотворна и не может быть воссоздана никакими человеческими усилиями.
Многие из святых мучеников и подвижников всю свою жизнь не причащались Тела и Крови Христовой, однако спаслись и прославляются Церковью. Таковы, например, преподобные: Павел Фивейский, Петр Афонский, Марк Фраческий, Феофан Антиохийский, Мария Египетская, Феоктиста и другие мученики: Евпсихий, Еспер и Зоя, Коприй и Александр, Кирик и Иулита, Дросида, Гликерия и другие.
Елицы ныне митрополиты, архиепископы и епископы… священницы и дьяконы, и протчия причетницы церковнии… Митрополиты уже несть к тому достойни именоваться митрополитами, тако же и архиепископы, даже до последних, аще и в чину себе сочетовывают и священных одежд лепотами украшенными являются, яко митрополиты и архиепископы и протчии, по святым Божественным канонам извержени суть; и елика благословляют - неблагословени суть. Ибо от тех крещени - некрещени, и поставлени - не причетницы… и такова ради все упразднилося святительство и священство (профессор Н. Ф. Каптерев «Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович», т. 2, с. 200).
С упразднением же священства нет и видимого таинства святого причащения, которое может быть дано только истинно православными пастырьми.
В толковании на стих из книги святого пророка Захарии «И сказал Господь ко мне: еще возьми себе пастырские сосуды пастыря неискуснаго » (Зах. 11, 15) блаженный Иероним пишет: «несомненно, что пастырь неразумный или неискусный есть антихрист » (Творения блаженного Иеронима Стридонского, ч. 15, стр. 150, изд. 1915 г).
Преподобный Ефрем Сирин пишет о том же:
В образе сего пастыря представляется антихрист (Творен, святого Ефрема Сирина, ч. 6, стр. 189, изд. 1901 г).
Значит пастыри неразумные, уклоняющиеся от веры истинной и грешащие против таковой, по словам святых отец, уже представляют собой антихриста
Иоанн Златоуст поясняет:
Иже суть во христианстве, да прибегают к Писанию, ибо от того времене, егда ереси Церковь возмущати начаша, ни единаго истиннаго христианскаго прибежища иже правость веры хотят познати, кроме Божественного Писания имети не могут (Книга о Вере, гл. 23, л. 215 об.).
Это означает, что истинным христианам нужно всегда обращаться к святому Писанию, потому что со времени возмущения Церкви ересями ничто кроме Божественного Писания более не может быть христианским прибежищем для познания истинной веры, по слову святого отца Ипполита, папы Римского :
Слышащи же Божественная Писания и в руках тая имущий и в мысли всегда поучающиеся, мнози прелести его убегнут (Слово третье, в неделю мясопустную по сборн., л. 183 об).
Ибо видети в место истиннаго пастыря Христова, в Христово стадо вшедша волка во овчей архиерейства одежде. Правоверный убо народ тому лжепастырю еретику сущу и аще мерзости запустения на месте святе в Церкви настоятельствующу, обратися нехотяй, исхождаху вне града в поле и на пустом месте собирающеся, совершаху службы Богу.
Из приведенных мест святого Писания понятно, что верующие люди появлявшихся еретических архиереев считали «мерзостью запустения» и, стараясь удалиться от всего мерзского, выходили в поле совершать Богослужение.
Святое место обозначает престол, на котором должна приноситься жертва Богу, то есть таинство святого причащения, как об этом и говорит книга Кириллова на листе 31:
Престол место святое, на нем же священницы приносят жертву Богу, освящают хлеб и вино в Тело и Кровь Христову.
Следовательно, считают безпоповцы, еретические архипастыри и пастыри - служители антихриста, и составляют его тело, они же являются мерзостью запустения, совершая службу на святом месте, то есть на престоле.
С тем, что пророчество о мерзости запустения исполнилось, был согласен с безпоповцами и епископ белокриницкого согласия (РПсЦ) Уральский (Швецов). В своей беседе с М. Е. Шустовым он говорит:
Вот эти никонианские проповедники не веруют Евангелию; только наладили одно: вечность священства! А ничего другого и слышать не хотят. Так не видят и сказаннаго: егда узрите мерзость запустения реченную Даниилом пророком, стоящу на месте святе, иже чтет да разумеет, тогда сущии во иудеи добежат на горы. Мерзостию запустения отцы называли и еретических епископов. Мы увидали, что епископы на московском соборе все древнее отвергли, и вот мы бежали на горы от соблазнительных епископов. (Беседа М. Е. Шустова с о. Швецовым в Москве в мае 1888 г., стр. 11-12).
Пророческое слово об антихристе учителя III века святаго Ипполита, папы Римскаго :
Восплачутся же и Церкви Божии плачем велиим, зане ни приношение, ниже кадило совершается, ниже служба Богоугодная. Священная Церкви яко овощное хранилище будут и честное тело и кровь Христова во днех онех не имать явитися (Слово третье, в неделю мясопустную по сборн., л. 184 оборот).
Блаженный Иероним (4. 2, ст. 155, изд. 1912 г.) указывает, что и еретики подражают кротости церковной, но приношение их является не как служение Богу, но как пища для демонов.
Ложные таинства пастырей-отступников, по свидетельству святых отцов Церкви, несут погибель христианским душам. Господь за грехи людей попускает оскверняться святым храмам, святому таинству, священству:
Тако Бог за грехи начальствующих подначальныя предает казнем и за скверныя дела служащих олтарю, попускает олтари святые нечестивых рукам в расхищение, и храмы святые в запустение.
Дивишися возлюбленне, како Бог своя домы непощадевает, егда на земли гнев попущает. Аще бо святаго Ковчега не пощаде, но предаст его иноплеменником, со священники беззаконновавшими и храм освящения, и Херувим славы, и одежду, и пророчество, и помазания, и явления в попрание и осквернение языком, ниже святых церквей и пречистых тайн щадит (книга Никона Черной горы сл. 41, л. 308 об).
Если нет истинного таинства святого причащения, то не приемлется и ложное, пагубное для души. Киприан Карфагенский указывает (в письме 56, ч. 1, стр. 316):
И так народ повинующийся Божественным заповедям и боящийся Бога, должен отделиться от грешника предстоятеля и не учавствовать в жертвоприношении святотатственнаго священника.
Феодор Студит пишет в том же 2-м томе:
Как божественный хлеб, котораго причащаются православные, делает всех причащающихся одним телом, так точно и еретический хлеб, приводя причащающихся его в общение друг с другом, делает их одним телом противным Христу (ч. 2, письмо 153, стр. 532).
Блаженный Иероним в ч. 6-ой своих творений (стр. 78, издание 1905 г.) предостерегает христиан о церкви еретиков, «которая зазывает к себе несмысленнаго умом чтобы обольщенный ею он принимал воровские хлебы и воровскую воду, то есть: ложное таинство ».
Таинство святого причащения в своем даже чистом и неприкосновенном виде само по себе спасти человека не может, что и подтверждается приводимыми доказательствами:
Истиннаго убо в Июде послушествует, яко от пречистою руку Владыки Христа, пресвятыи хлеб приять и абие вниде в он сатана за недостоинство его (Пролог марта 22, л. 117).
Приими, рече, хлеб, ему же причастися от мене… Понеже убо Господь даде хлеб Июде, еда како в чувство пришед трапезы хлеба, отступит предания: но Июда не тако известися, тогда же до конца сатанин бысть (Благовестное Евангелие, толкование Феофилакта на 45 зачало Евангелия от Иоанна, л. 222 и 223).
То есть причащение из рук Самого Спасителя, Который сказал Иуде Искариотскому: «прими от Меня хлеб и причастись », и совершение самого таинства причастия, целью которого было его образумить, не удержало Иуду от преступления и собственной погибели. Следовательно, не причащение имеет силу спасти человека, удержать его от преступления - зависит это прежде всего от самого христианина, образа его жизни, чистоты помыслов, его добрых дел, но не по тому признаку - причащается ли он, как об этом и учит нас святой Иоанн Златоуст :
Не подобает бо верному от причащения святых тайн познаватися, но от изряднаго жития и дела благоприятнаго (Благовестное Евангелие в предисловии от Матфея, нравоучение Иоанна Златоустого, л. 24).
Главная мысль о духовном причащении заключается в жизни христианина в соответствии с верой во Христа, в усвоении всем существом человеческим Спасительной Жертвы Исуса Христа.
Разбойник, распятый со Христом и считавшийся отчаявшимся грешником, в течении своей многогрешной жизни никогда не причащался и даже не был крещен, однако введен Спасителем в рай, об этом говорит Ефрем Сирин :
Так как июдеи избрали разбойника и отринули Христа, то Бог избрал разбойника и отринул их. Но где же то (сказанное): “Если кто не примет Плоти Моей, не имеет жизни?” Когда принял от разбойника веру, взамен ея даром дая ему неизмеримыя, даром излил перед ним сокровища свои, тотчас же перенес его в рай свой и там поставил введеннаго (в рай) над сокровищами своими: со Мною будешь в раю желаний! (Творения Ефрема Сирина, ч. 8, стр. 306).
Помимо спасшегося на кресте разбойника, можно еще прочитать в минеях или прологах и о тех уверовавших во Христа святых мучениках, которые не то что святой Евхаристии, но и святого Крещения еще не успели удостоиться, как и разбойник, но пострадали за веру и удостоены венца. Всякий буквализм в толковании Святого Писания, считают безпоповцы, может привести к опасным ересям.
Святитель Григорий Богослов пишет:
Недопустят к жертвенникам, но я знаю другой жертвенник, образом котораго служат ныне видимые жертвенники… который весь дело ума и к которому восходят созерцанием. Ему буду предстоять я, на нем пожру приятное Богу и жертву приношение и всесожжения, столько же лучшия приносимыя ныне, сколько истина лучше тени… от сего жертвенника не отвлечет меня никто; изгонят из города, но не изгонят из того града, который горе (Творения Григория Богослова, ч. 1, ст. 382 и 3, изд. Сойкина).
Святой отец Афанасий Александрийский поучает в своих творениях: «Не постыдятся во время лютое » (псал. 36, 19). Во времена гонений, при оскудении учителей, сам Господь духом Своим препитает верующих в Него (ч. 4, стр. 29, изд. 1903 г. в толковании на псалмы по выписке Пермякова ч. 1, л. 222 об.).
Согласно слов святого Афанасия Александрийского и святого Григория Богослова , безпоповцы, не имея ныне видимого таинства святого причащения и истинных совершителей такового, получают все же возможность по вере в Исуса Христа причащаться духовно. Это духовное приобщение к Телу и Крови Господним происходит и при посредстве познания слова Божия, как о сем пишет блаженный Иероним :
Так как тело Господа есть истинное брашно и кровь Его есть истинное питие, то, по толкованию таинственному, в настоящем веке мы имеем только то единственное благо, если питаемся плотию Его и пием кровь Его, не только в таинстве (Евхаристии), но и в чтении писаний: ибо истинное брашно и питие, которое приемлется из слова Божия, есть знание писаний (Блаженный Иероним ч. б, стр. 37).
Рассуждая о духовном причастии, безпоповцы говорят :
Как первое пришествие Спасителя было в оскудение Ветхого Священства, так и второе пришествие будет. Пусть уж лучше хотя бы в нашей Церкви хранится светлое и чистое воспоминание о непопранном Престоле Божием, на который Господь вновь придет ступить в День Второго и Великого Своего Пришествия. Хотя и не имеем жертвы причащения видимой, но по заслуге веры, по добродетелям Бог питает верующих своих Духом Святым.
Поверхностное понимание слов Христа «пияи кровь мою и ядыи тело мое имать живот вечныи », как только причастия в виде хлеба и вина, всякий буквализм в толковании святого Писания, приводящий к ересям, вводит в заблуждение многих людей, считают безпоповцы, - в иных местах тело Христово именуется Церковью, а кровь толкуется как учение Христа.
Таинство причащения совершается Святым Духом, а не одной верой священника, жертва же причащения без православнаго истиннаго священника совершиться не может.
В житие святой мученицы Марии Голендухи читаем:
Помолися убо святая мученица Мария Голендуха к Богу, да откроет ей о северианах, подобает ли приступити к причащению их, или ни, и виде ангела, держаща два потира, един полн тьмы, а другой света исполнен, являя ей, яко потир со тьмой - еретическое причащение, а иже со светом, то святой соборной Кафолической церкви. Возгнушася убо святая еретическим общением, и скоро оттуда отнеде (Четья-минея, 12 июля, лист 433 оборот).
Святой Феодор Студит (ч. 2, письмо 154, стр. 385, изд. 1867 г.) пишет:
Вот и здесь свет мира показывает, что причастие есть общение: и никто из здравомыслящих не скажет, что причастие не есть общение. Как божественный хлеб, которого причащаются православные, делает всех причащающихся одним телом, так точно и еретический хлеб, приводя причащающихся его в общение друг с другом, делает их одним телом, противным Христу, и говорящий иначе напрасно пустословит.
На вопрос о том, как стяжать духовное причастие , безпоповцы говорят:
Только духовным подвигом.
Порой сердце человека выступает как гнездилище различных пороков, а ум мастерски находит им оправдание. Часто внутренняя суть человека закрыта пустыми словами и действиями, порождаемых бессодержательным умом, пребывающим безо всякой связи с Творцом.
Истинному христианину подобает прежде всего познать Господа Бога своего, верить в Него и исповедовать, ведь вся христианская мудрость заключается в познании Господа Бога и самих себя. Не всякие рассуждения или учения о Боге являются истиной, поэтому христианину необходимо быть искушенным в учениях - доброе принимать, а всё несогласное с Христовым Учением отметать.
Одно из двух основных течений старообрядчества. Зародилось одновременно с расколом и окончательно оформилось в последнем десятилетии XVII века.
Поповцы приемлют все 7 таинств христианства. Поповцы признают необходимость священников при богослужениях и обрядах.
Традиционно в поповщине ведущую роль играли торговые и промышленные элементы.
Основными центрами поповства изначально был Нижегородский край, где насчитывались десятки тысяч старообрядцев, Донская область, Черниговщина, Стародубье. В XIX веке крупнейшим центром поповства стала община Рогожского кладбища в Москве, в которой ведущую роль играли владельцы мануфактур.
Социальные противоречия и внутренняя борьба привели к образованию различных согласий в поповстве: перемазанцы, дьяконовцы, лужково согласие.
Поповцам не удалось сразу создать свою церковную иерархию, поскольку епископы, сохранившие старую веру, либо были репрессированы, либо принялиниконианские реформы. Поэтому старообрядцы-поповцы были вынуждены принимать священников, перебегавших по различным причинам из Русской православной церкви. За это поповцы получили название "беглопоповцы".
При приеме беглых православных священников поповцы исходили из признания действительности рукоположения в РПЦ, считая, что благодать в этой церкви сохранилась, несмотря на реформы. Впоследствии часть поповцев перешла под юрисдикцию РПЦ, сохранив дореформенную обрядность, другая часть создала собственные иерархии, третья часть перешла в беспоповщину.
В 1846 г. возникла Белокриницкая иерархия, которая в настоящее время является одним из самых крупных старообрядческих направлений.
По догматике поповцы практически не отличаются от православных, однако придерживаются при этом старой культовой обрядности. Для поповцев характерно участие в церковной жизни не только священнослужителей, но и мирян.
Поповцы отказывались признавать светские власти, а Никоновскую церковь считали еретической. Принимали беглых попов из синодской (никоновской) церкви после перекрещивания или миропомазания. Признавали христианские таинства и учение о церковной иерархии.
Позднее, как и беспоповцы , Ппоповцы разделились на несколько толков. Наиболее известные толки - аввакумовщина, афиногеновское согласие (афиногеновщина), дьяково согласие, епифаново согласие (епифановщина), лужково согласие, перемазовщина, сусловское согласие (сусловцы), чернобольцы.
В 1856 г. была учреждена Казанская епархия, в которой Древлеправославную церковь старообрядцев, приемлющих белокриницкую иерархию, возглавил один из самых образованных старообрядцев своего времени епископ Казанский и Вятский Пафнутий (в миру Потап Максимович Шикин; 1815-1890). А с 1884 г. до 1912 г. – епископ Иоасаф (в миру Иван Петрович Зеленкин; 1838-1912). Часть старообрядцев-поповцев не признала Белокриницкую иерархию и продолжала переманивать священников у господствующей церкви. Таким образом, старообрядцы-поповцы разделились на два согласия «Австрийское», оно же «Белокриницкое», и «беглопоповское». Если «австрийцев» в Казанской губернии было много, то «беглопоповцев» – единицы, в основном выходцы из Центрально-Черноземного района, где беглопоповское согласие было очень распространено.
Чистополе «австрийцев» было немного, большинство прихожан – крестьяне из сел и деревень Чистопольского уезда. В 1881 г. в городе был организован приход с полуподпольным храмом в жилом доме. Основным недостатком этого молитвенного дома австрийцев было то, что находился он в жилом помещении и поэтому не имел атрибутов видимого храма. Казанский епископ Пафнутий в 1881 г. рукоположил в священники крестьянина Николаевского уезда Самарской губернии Петра Даниловича Залетова. Через два года отец Петр перешел в Казань – в казанском храме Белокриницкой иерархии он служил до смерти в 1917 г. В Чистополе же священником стал крестьянин села Красновидово Викул Абрамов, его судьба неизвестна, но еще в 1914 г. он продолжал быть единственным священником в приходе.
Беспоповских согласий было намного больше, чем поповских. В Чистополе были представлены четыре из них.
«Старопоморское», оно же «федосеевское», оно же «поморско-безбрачное». Старопоморцы обходились без духовенства, стараясь имитировать полноценную церковную жизнь. Требы у них совершали миряне, это были знатоки Писания и обрядов – так называемые «отцы». В их молельнях были алтари с запечатанными царскими вратами – из-за отсутствия духовенства, «отцы» служили литургии, но причащения не было, потому что таинство евхаристии – превращения хлеба и вина – мог совершать только священник. «Отцы» же крестили детей и отпевали покойников – по церковным канонам эти требы, в крайнем случае, мог совершать и мирянин. Но браки без священников, по тем же канонам заключаться не могли. Поэтому «федосеевцы» считали, что настоящих браков быть не может – отсюда и название. Разумеется, подавляющее большинство старопоморцев жили семьями, но считалось, что это жизнь не в браке, а «во грехе». Поэтому во время служб женатые мужчины стояли позади всех, в знак того, что на них наложена епитимья. «Старопоморское» согласие было самым массовым в России из всех беспоповских согласий, его духовный центр находился в Москве.
В Чистополе федосеевцев по списку в приходе было только 171 человек, из них 60 мужчин и 111 женщин.
Среди главных попечителей прихода необходимо отметить местных состоятельных людей: Алексей Яковлевич Логутов, городской голова в 1908-1912 гг.; Артемий Вачугов, купец, председатель совета рябиновской общины; Иван Мокеев, Алексей Логутов, Савва Вачугов, члены совета общины; Маклаковы, Макеевы, Мясников, Кирпичников и др.
Сохранились воспоминания одного из чистопольцев о посещении им рябиновской молельни в праздник Вознесения Господня: «Самая молельня наружных знаков не имеет, это – ветхий жилой дом; в середине старый под черным лаком иконостас; в нем до 75 различных икон, но среди икон так много белых крестов (без изображения), что они составляют около 50 % всех икон. Молящиеся все из низшего сословия, бедняки, богача ни одного (а ведь праздник не маленький). Настроение в общем строго молитвенное, но при внешней обстановке весьма мрачное; я мысленно вернулся ко временам самосожжения и, вообще, представил своему воображению печальную картину горестного начала старообрядчества. В момент моего прихода настоятель общины г. Сорокин высоким и приятным, несколько плаксивым голосом прочувствованно и внятно читал Апостол… Евангелие читал пожилой человек, но уже не так, с недостатком: слишком торопливо, даже по никониански… Этот грозный старичок иногда говорит так: “Я считаю всех еретиками, кто не так учит, как я”» .
Поповцы, приемлющие австрийскую иерархию, выделились из беглопоповства в 1846 году, когда у них возникла собственная иерархия, в пределах Австрийской империи, в Буковине, в с. Белая Криница. Обстоятельства возникновения австрийской иерархии следующие. – Пользуясь снисхождением к себе законодательства при имп. Екатерине II и имп. Александре I, поповцы имели у себя беглых попов в изобилии. Но при имп. Николае I в 1821 г. был издан указ, предписавший: «вновь не позволять появляться беглым попам у раскольников». Этот указ, довольно строго исполняемый, произвел в старообрядчестве так называемое «оскудение священства». Попов дозволенных становилось все меньше и меньше, а за умалением их увеличивались беспорядки: совершение богослужения стало производиться с крайней небрежностью, крестили зараз по нескольку младенцев, свадьбы венчали «гуськом», пар по семи, исповедовали всех вместе и т.п. Вследствие этого и явилась снова давно существовавшая мысль об учреждении самостоятельной старообрядческой епископской кафедры и было приступлено к ее осуществлению. После неудачных попыток найти такого архиерея, который бы согласился перейти в старообрядчество, наконец, нашли такого человека. Это был Амвросий, Босносараевский митрополит, лишенный кафедры вследствие недоразумений с турецким правительством. После долгих переговоров поповцам удалось склонить Амвросия перейти из православия в старообрядчество и стать старообрядческим епископом. Принятие Амвросия совершилось в 1846 г. чрез проклятие мнимых ересей и перемазание, причем вместо св. мира, за неимением оного, было употреблено масло, и чиноприятие над ним совершал также беглый поп – иеромонах Иероним. Сделавшись старообрядческим епископом, Амвросий рукоположил в епископы белокриницкого дьяка Киприана Тимофеева, в монашестве названного Кириллом, с званием наместника Бело-Криницкой митрополии. Кирилл поставил епископов для российских поповцев, и таким образом австрийская лжеиерархия распространилась из Белой Криницы и в России, – в разных местах явились епископы, именующиеся австрийскими, и поставленные ими мнимые попы. Монастырские посланцы являлись также к священникам самых беднейших приходов, особенно к тем, о которых, по наведению справок, узнавали, что они отягощаются своим положением; если эти священники были слабы в вере, то нетрудно было соблазнить их к переходу в раскол обещанием лучшего материального положения. Нередко случалось, что на Иргиз приходили и пройдохи с украденными ставлеными грамотами. Всех обретаемых таким образом иереев в иргизских монастырях подводили под исправу, с отречением мнимых ересей и с повторением над ними миропомазания. Беглопоповцы всех упомянутых мест брали сюда иереев без всякого сомнения, как бы от архиерея посланных. Но, когда эти рассадники бегствующего иерейства, еще в начале царствования имп. Николая I, были несколько ограничены в приобретении попов, а потом некоторые монастыри и совершенно упразднены, – тогда беглопоповцы вынуждены были сами по России ездить для отыскания нужных попов и по неопытности впадали в неудачи и ошибки. Тут и сами они увидели, с какими людьми приходится иметь дело: прежде это знали и хранили в тайне только монастырские посланцы, которые разыскивали попов, а теперь это стало известно всем. Поэтому многие из беглопоповцев в черниговских слободах, на Дону и в иных местах порешили – ради нужды управляться, подобно беспоповцам, уставщиками, которых уполномочили крестить детей, больных исповедовать и причащать акибы какими-то у них хранящимися от прежних беглых священников дарами, браки сводить по благословению родителей и уставщика, с совершением молебного пения. Вообще, беглопоповцы, управляемые уставщиками, приняли все положения беспоповцев, кроме перекрещивания приходящих к ним от Православной Церкви.
Рябиновцы
Из локальных беспоповских согласий в Казанской губернии необходимо выделить рябиновцев. В XIX - начале XX вв. ряби-новское или согласие «по кресту» проживало в Казанской губернии, в основном в Лаишевском уезде (51 % всех рябиновцев губернии; это села Монастырский Урай, Урахчи, Анатыш, Мельничий Починок и др.), а также в Чистополе (29 %) и Чистопольском уезде (10 %; это села Малый Толкиш, Елантово, Чистопольские Выселки, Богородское и др.)38. Число рябиновцев в Казанской губернии в течение XIX и н. XX вв. колебалось от 67 до 3.549 человек.
Рябиновцы – явление местное, распространенное только в Чистополе и некоторых селах Чистопольского, Спасского, Лаишевского уездов – в разных местностях России таких «своих» согласий было немало. К сожалению, «рябиновцы» не изучались учеными – есть только одна небольшая статья миссионера Н.И. Ивановского в журнале «Православный собеседник» за 1867 г., побывавшего в рябиновской молельне в Чистополе. Не оставили рябиновцы и полемической литературы, а другие согласия с ними не полемизировали. Поэтому о рябиновцах известно далеко не все.
Они отражали другую, отличную от поморцев, тенденцию, распространенную у беспоповцев. Вместо того, чтобы имитировать церковную жизнь без духовенства, рябиновцы, как и ряд других согласий, разрабатывали свои традиции религиозной жизни. В молельнях рябиновцев не было алтарей и икон, они молились перед гладкими восьмиконечными крестами, сделанными из рябины (рябина у адептов по Кресту согласия ассоциировалась с певгой – деревом в Палестине, из которого было сделано распятие для Иисуса Христа) – отсюда и название. Но в чем богословское обоснование этого – непонятно. Крещения и браки рябиновцы совершали сами. Будучи в целом немногочисленным (не более 20-30 тысяч человек в начале XX в.), в городе Чистополе это согласие было самым распространенным.
Несмотря на то, что согласие «по кресту», или «рябиновое» – одна из самых больших чистопольских общин, в то же время оно самое жалкое в церковно-религиозном отношении, доживающее свой короткий век. После указа 1905 г. учение рябиновцев резко изменилось. Служба у них совершалась в молельне, с иконами, по уставу, но без пения, с одним только чтением.
Заключение
В XIX - начале XX вв. старообрядчество Казанской губернии составляло значительную долю населения и играло важную роль в экономическом и культурном развитии региона.
За несколько веков изучения русских мистических сект выдвигались различные теории их происхождения. Как показывают современные исследования, хлыстовщина органически вписывается в контекст русской православной культуры прицерковного круга.
Религиозность мистических сект составляет единый религиозный фонд с православной монашеской культурой. Это особенно заметно при сравнении мистического сектантства и мистически настроенных сообществ, принадлежащих к православной церкви, известных в Среднем Поволжье как беседничество. Сектантство развивало потенции, заложенные в самой православной религии. Множество культурных связей сохраняется между мистическими сектами и православием в XVIII – XX вв.
Процессы, происходившие в мистических сектах, во многом аналогичны процессам, происходящим в современных православных общинах, особенно связанных со старчеством, и имеют тенденцию к воспроизводству. Многочисленные группы истинно-православных христиан, возникшие после революции, во многом повторяли путь хлыстовских общин. Можно предположить, что при антиинтеллектуальных тенденциях современной церковной среды такие явления будут повторяться.
За три с половиной века существования старообрядчество оказало огромное влияние на духовную, экономическую и общественно-политическую сферы жизни российского общества. Старообрядцы активно занимались благотворительной деятельностью, финансировали строительство и содержание старообрядческих молельных домов, издание и распространение религиозной литературы, способствуя сохранению и преумножению древней, дониконовской культуры. В молельнях был представлен целый мир искусства: древние иконы, старинные книги, предметы церковной утвари. При этом важно понимать, что для предпринимателей-старообрядцев имел значение только тот труд, результаты которого предназначались для общины, труд, направленный на благо другим людям. Исследователь староверия В.В. Керов отметил, что «истоки ревности старообрядческих предпринимателей к Делу лежали в представлениях о “святом долге перед Богом и людьми”» . Великая заслуга старообрядцев перед русской культурой состоит в том, что они до ХХ в. донесли древнерусские рукописи, иконы, ремесла, сохранили живыми важные элементы допетровской культуры. В частности, старообрядцы Чистополя внесли вклад в развитие культуры края, сохранив «старый обряд», традиции и обычаи «отцов и дедов», памятников культуры (храмов, древних книг, икон). Следует отметить и их вклад в архитектуру Чистополя – дома и магазины поныне украшают главные торговые улицы города.
Купцы-старообрядцы внесли большой вклад в развитие экономики Казанской губернии. Старообрядческие династии входили в торговую элиту Казани и Чистополя.
Список литературы
1. Агафонов Н.Я. Казань и казанцы. - Казань, 1906. - 140 с.
2. Баженов Н.К. Казанская история. - Казань, 1847. - Ч. 1-3.
3. Берман,А. Простонародные религиозно-мистические движения в Среднем Поволжье в XVIII – XX вв.- Чебоксары, 2008.
4. Васильевский, М.Н. Государственная система отношений к старообрядческому расколу в царствование императора Николая I.- Казань, 1914.- 260 с.
5. Захарьевский, П. Церковные школы Казанской епархии за двадцать пять лет их существования (1884–1909).- Казань, 1910. 66 с.
6. Ивановский, Н. И. О рябиновщине // Православный собеседник.- 1867.- Т.2.- С. 43-67.
7. Историко-статистическое описание церквей и приходов Казанской епархии. Мамадыш и Мамадышский уезд. - Казань: Тип-я импер ун-та, 1904. - Вып. VI. XXX.- 420 с.
8. История евангельских христиан-баптистов в СССР. – М., 1989. – 623 с.
9. Казанская губерния // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). - СПб., 1890-1907.
10. Казанская губерния по сведениям 1859 г. / ред. А.Артемьев. - СПб.: 1866.-232 с.
11. Клибанов А.И. История религиозного сектантства в России (60-е годы XIX в. – 1917 г.). – М.: Наука, 1965 . – 348 с.
12. Климович Л. Сектантство в Татарской республике (краткий обзор)// Антирелигиозник. – 1928.- № 5. – С.30.
13. Корнилов И.П. Протестантизм в Татарстане: основные этапы и особенности развития (XVIII в. – 80-е гг. ХХ в.)/ Дисс.на соиск. степ. к.и.н. – М., 2003 .- 161с.
14. Латыпов И.Р. Краткий обзор историографии старообрядчества / И.Р. Латыпов // Православный собеседник: Альманах Казанской Духовной Семинарии. Вып. 2(15)-2007. - Казань: Казан. Духов. Семинария, 2007.-С. 148-160.
15. Латыпов И.Р. Численность старообрядчества Казанской губернии в XIX - начале XX вв. / И.Р. Латыпов // Актуальные проблемы истории Татарстана и татарского народа: Сборник научных трудов молодых ученых и аспирантов за 2010 г. / Под ред. Б.И.Измайлова. - Казань: Институт истории АН РТ, 2010. - С. 47-54.
16. Макарий (Булгаков), митр. История русской церкви. - М., 1996.
Машковцев,А.А. Документы национального архива Республики татарстан –- источники по истории казанских неправославных христиан.Вторая половина 19- начало 20 в.//Вестник архивиста..- 2015.- апрель..
18. Митрохин Л.Н. Баптизм: история и современность (философско-социологические очерки). – СПб.: РХГИ, 1997. – 480 с.
19. Национальный архив Республики Татарстан. Ф. 2. Оп. 3. Д. 8660. 26 Известия по Казанской епархии за 1876, 1877, 1901 года. Казань, 1876, 1877, 1901.
21. Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 года. – СПб., 1904 .- Т. XIV Казанская губерния.
22. Православное обозрение. 1867-1868.
23. Православный собеседник. 1867, 1873, 1877, 1883-1885, 1903
24. Спасский Н.А. Очерки по родиноведению. Казанская губерния. 2-е изд., исправ. и доп. - Казань, 1913. -165 с.
25. Статистические данные о сектантах. – СПб., -1912.
26. Щапов А.П. Русский раскол старообрядчества. - Казань, 1859. -548 с.
Поповцы - является наиболее многочисленным течением. Их отличительной чертой является признание необходимости священников при проведении богослужений и обрядов. При этом некоторые поповцы приемлют принятие священников из новообрядческой церкви. Для них также характерно участие в церковной жизни мирян, наряду со священниками. Наибольшее распространение поповство получило в Нижегородском крае, Донской области, Черниговщине, Стародубье. С точки зрения догматики, поповцы практически не отличаются от новообрядеской церкви, за исключением того, что они придерживаются дониконианских обрядов и богослужебных книг. На сегодня количество поповцев оценивается в 1,5 миллиона человек, при этом их основными центрами в России являются Московская и Ростовская области.
В 1846 году с присоединением к беглопоповцам Босно-Сараевского митрополита Амвросия (Поповича) возникла Белокриницкая иерархия, в настоящее время Русская Православная Церковь.
В 1920-х годах к беглопоповству присоединился обновленческий епископ Николай (Позднев), став во главе беглопоповцев, в настоящее время беглопоповцы называются Русская Древлеправославная Церковь.
Некоторые беглопоповские согласия в течение XIX и XX веков по причине невозможности приёма беглых священников превратились в фактических беспоповцев, среди них часовенное и лужковское согласия.
Беспопо́вство - общее название приверженцев одного из двух основных направлений русского старообрядчества. Возникло в конце XVII века, по смерти священников «старого» рукоположения, то есть поставленных в Русской Церкви до реформы Патриарха Никона (середина XVII века).
Беспоповство (другое название - древлеправославие) имеет более радикальные отличия от новообрядчества. В 1654 году умер, не оставив приёмника, единственный старообрядческий епископ. Согласно церковным догмам, только епископ имеет право посвящать в священнослужители. Таким образом, формально следуя каноническим правилам, после смерти всех дониконианских священников, старообрядцы были вынуждены сформировать беспоповский толк. Беспоповцы, спасаясь от преследований селились в диких и необжитых местах - одним из который был берег Белого моря (от этого эту общину называли поморами). Количество беспоповцев оценивается в полмиллиона человек.